НАЗВАНИЕ сегодняшней литстраницы может быть отнесено и к прошлым таким страницам, и к будущим. Наши авторы действительно не экономят себя, своих душевных сил, стараний в постижении мира и слов в объяснении современности. Взгляните, как много афоризмов в их произведениях, сколько глубоких наблюдений. Кто предпочитает учиться не на собственных ошибках, а более осмысленным способом – на чужом опыте, тот найдёт здесь поводы для раздумий.

Игорь АНДРЕЕВ

Прозрение

Сколько книжек ни читай,
Всё равно умней не будешь.
Сколько сайтов ни качай –
И что надо, то забудешь.

Сколько ни решай проблем,
Их дурак решит свободно,
Ведь кто был вчера никем,
Стал сегодня чем угодно.

Объявились дураки –
Десять умных переспорят:
Мост поставят вдоль реки
И на льду дома построят.

Дурь их в гневе не суди,
С ними надо осторожно,
До греха не доводи,
Указать дорогу можно.

И за истиной в бегах
Не востри особо лыжи,
Если правды нет в ногах,
Не найдёшь её и выше.

И устанешь воевать,
И хотя не всё пропало,
Но причин не выпивать
Остаётся очень мало.

И чего народ корить?
Поберечь здоровье просим.
Все бросают пить, курить,
Но никто ещё не бросил.

Доконало что-то нас;
Мы себя к обрыву гоним,
Экономим воду, газ,
Лишь себя не экономим.

Но в Кремле живут врачи,
Наша боль им – не игрушка,
Но Царь-колокол молчит,
И зарядов нет к Царь-пушке.

Кто мудрец, а кто там шут?
Кто от чёрта, кто от Бога?
Нас всё время в рай ведут
По неезженым дорогам…

И всё тише голоса,
И безмолвствуем, как прежде;
Мы не верим в чудеса,
Мы их просто ждём с надеждой.

Но не надо укоризн –
Все иллюзии растают:
Есть ли перед смертью жизнь,
Лишь немногие узнают.


* * *

Мы все от Бога, все от сатаны,
Но каждый затаённо понимает:
Святые, а кому они нужны?
Их жизнью жить силёнок не хватает.

Добро и зло несём и раздаём,
Кому и что – по выгоде, на сдачу,
Но чаще сатане мы гимн поём,
Чем перед Богом в прегрешеньях плачем.

Легко в разврат уходим и порок,
Легко нашли причину оправдаться:
Изгнал из рая наших предков Бог,
Так стоит ли туда нам возвращаться?


Камуфляж

Наша общая беда –
Никому никто не нужен;
Люди замкнуты всегда,
Кто внутри, а кто снаружи.

Где есть страх, там правды нет,
А так хочется симпатии;
Каждый прячет свой скелет,
Кто в шкафу, кто под кроватью.

В прошлом много есть чего,
Что опасно в настоящем,
А с понтами быть легко
И красивым, и блестящим.

Не узнать, не заглянуть
В те душевные потёмки,
Где таится наша суть,
Что останется потомкам…

Бескорыстно предаём,
Умно головы морочим,
Улыбаясь, оттолкнём,
С извинением затопчем…

Ветер перемен принёс
И идиллии, и драмы,
Оттого и парадокс:
Больше храмов – больше хамов.


Владислав СТРЕЛЕЦ

* * *

Дышится мне воздухом сиреневым,
А глаза привыкли к белым яблоням,
Стал я почему-то вдруг рассеянным,
И не помню, приставал к каким я гаваням.
У дыханья есть одна особенность,
Может грудь вздыматься учащённо,
Потому что вдруг уходит молодость,
Покидая сердце добровольно.
И у глаз похожая есть слабость,
Могут затуманиться они,
Если видят, что уходит радость,
Оставляя за собою всё в пыли.
Только не туманится, не дышится
Сильно так, как после тех минут,
Когда появляется над крышами
Звезды первой крупный изумруд.
И когда несмелая, красивая
Пламенем перину обожжёт,
Станет ночь до света самой сильною,
И себе что хочет, то возьмёт.
Но бывает так, что нет дыхания
И глаза изъела пустота,
Потому что скажет до свидания
Та, что больше жизни дорога.
Правда, чаще просто в страшной комнате
Ты сидишь отшельником один,
Стены в тараканьем рыжем золоте,
А на окнах паутиновый сатин.
И твоё дыхание неслышное,
И твои печальные глаза
Всё мертво, а над чужими крышами
Новая является звезда.
Дышится мне воздухом сиреневым,
А глаза привыкли к белым яблоням,
Дышится уже немного весело,
Смотрится – и, значит, не поранило.


Сергей БОРИСКИН


Корень зла

Слушая рекламу хит-парада, я смотрю с тревогой на страну,
Вот опять бесстыжая эстрада на весь мир пиарит Сатану.

Весело, умело и со вкусом преподносит и смакует грех,
Чтоб смертельным, ласковым укусом незаметно ранить души тех,

Кто не знает заповедей Божьих, кто не ходит в православный храм,
Разницу меж правдою и ложью кто определить не может сам.

Кто не видит в этой жизни смысла пользу приносить земле своей,
От того угроза и нависла в наши дни над психикой людей.

От того плодятся педофилы, наркоманы, звери-маньяки,
И не могут никакие силы их зажать в стальные кулаки.

От того здоровые подонки бьют толпой приезжих пареньков,
И, хлебнув из рюмки самогонки, лупят палкой бедных стариков.

Оттого Отчизна вымирает, и признаюсь, что не я один –
Так в России многие считают в силу отрицательных причин.

Хитро в ней, развратной поп-эстраде, той, что на экранах нет числа,
Спрятали крутые шоу-дяди профессионально корень зла.

И дельцам-правителям в угоду, чтобы легче было воровать,
Пудрят мозги, ублажая моду снова хит-парадами опять.

Не случайно в проповедях чудных сам владыка, патриарх Кирилл,
Всех эстрадных звёзд этих беспутных недругами Веры окрестил.

Русь моя, к тебе взываю долго, поднимая свои очи ввысь,
Распознай в овечьей шкуре волка, протрезвей родимая, очнись.

Встань и объяви войну порокам, всю корысть из сердца прогони,
Возвратись к своим святым истокам и народ великий сохрани!


Виктор ЖИГУНОВ


Чёрный столб

Поздним летним вечером я работал за компьютером не у себя дома. Позвонила жена:

– На улице чёрный столб! Соседи на лестнице собрались, смотрят в окно, боятся. Он приближается!

Бросив аппаратуру включённой, я помчался спасать семью. Давно так не бегал… Под фонарями плавали в тёплом воздухе мельчайшие хлопья. Гарь от ракеты? Инопланетяне прилетели?

Первым долгом я заглянул домой. Дочки спали в дальней комнате. Жена сидела на кухне и наедалась перед эвакуацией, а то когда ещё придётся…

Соседи толпились на лестнице. Выйдя из квартиры, я спросил:

– Ну, что у вас?

Они раздвинулись, пропуская к окну. Я глянул и сказал:

– Тьфу! Пойдём покажу, что это такое.

Мы спустились на улицу. Женщины и дети боязливо отставали. Одна недоумённо произнесла:

– А здесь нет столба…

Я показал вверх:

– Вон он.

К звёздному небу уходила прозрачная тёмная стена. Её из окна они видели с торца.

Выйдя на освещённое место, я объяснил:

– Вон фонарь. А перед ним – сосна. Тень от ствола – это и есть ваш чёрный столб. Он виден только из нашего подъезда.

– Но раньше такого не было!

– Сейчас торфяные пожары. В воздухе гарь. Она освещена, тень на ней особенно заметна.

Я сообщил жене, что эвакуация отменяется, и пошёл обратно к компьютеру. Не удалось встретиться с инопланетянами.


Планы жизни

Мы кончали школу, с полгода оставалось. Генка Рябиков разговорился с директором о том, куда идти дальше. Он был основательный парень, кряжистый и самый высокий в классе, таких потом ставят начальниками за авторитетный вид. Рябиков и в школе возглавлял комсомольскую организацию.

Директор подсказал военное училище. Как-то быстро они проскочили дальнейшую службу. Генка поинтересовался, как потом насчёт пенсии.

Я стоял в стороне и не мог удержать улыбку до ушей. Ещё школу не кончили, а он уже о пенсии беспокоится!
Спустя много лет я узнал, что он дослужился до полковника. Приехав на юбилей школы, я думал его увидеть. Но оказалось, он умер. Сердце. Успел ли хоть раз получить пенсию?

А о директоре мы, ученики, знали, что у него рак, жить оставалось год-два. Он прожил ещё 43.